А.А. Голованова. Представления жителей Андомского погоста о порче на свадьбе

Об авторе

Для наиболее полного освещения представлений жителей Андомского погоста о свадебной порче мне  хотелось бы поэтапно рассмотреть следующие вопросы: основания для веры в порчу на свадьбе, способы ее наведения, результаты и, наконец, механизмы отведения порчи. В основном мной использованы материалы экспедиции 2006 г. в Андомский погост Вытегорского района Вологодской области, но есть и две записи 2005 г. из дер. Каршево Пудожского района Республики Карелиия которые также включены в данный текст, поскольку они весьма похожи на андомские материалы.
На протяжении ХХ века основания для веры в свадебную порчу претерпевают существенные изменения: начиная с 1930-х годов традиционная связь понятий о порче на свадьбе с фигурой деревенского колдуна постепенно вытесняется представлениями о порче на основе родственных отношений, что связано с разрушением самого обряда традиционной свадьбы Русского Севера. На сегодняшний момент представления о наведении порчи колдуном в отместку за неоказание ему должных почестей на свадьбе крайне редки и описываются практически только на основании  детских воспоминаний (средний возраст опрошенных около 65 лет):
Вот свадьбу ведут раньше, деревня вся обведут и на свадьбу его [колдуна] не пригласят <…> Он всю свадьбу спортит,  все спортит, никакой свадьбы не будет. [ЭА-2006; зап. С.Ю. Кукол от Л.И. Харитоновой, 1929 г. рожд., Новая Деревня Андомского погоста Вытегорского р-на  Вологодской обл.]
Также эволюционировали  представления о фигуре самого колдуна: традиционные рассказы о колдуне-мужчине  на свадьбе  сменяются повествованиями, в которых эту роль играет колдунья-женщина. Например, в рассказе В.Я. Ковалевой о свадьбе ее сына в 1974 г. именно “старушка”, которую не позвали за праздничный стол, наводит порчу на новобрачного, из-за чего у него поднимается температура; сбить ее удается лишь после того, как хозяйка дома предлагает бабушке угоститься:
Одна старушка пришла и села на кухню, у нас там много народу было. Это в каком же…году в 74, кажется. И вот она сидела, сидела у меня у этого, у сына. У него как поднялась температура 39 градусов, он не сидит, а вот так [показывает] падает. Мы за медиком сбегали, вот это точно, не вру. Потом медик пришла, ему укол сделала — ему лучше нету. Потом я подумала, что не идет за стол [cтарушка], а это…я говорю:       
— Бабка Алена, что ты не идешь за стол? Иди-то хоть чашечку чая, хоть рюмку вина выпей. Что ты так?
Потом ведь с чем [с чаем] вернулась обратно. И температура кончилась, и парень сел, а  то хоть другого, правда , сади, старшего cына с невестой — лежал в лёжку.
[Д.Н. Шайкенова]: Так она села за стол и прошло?
-Да, она села за стол , видимо, чего-то пошептала, и вот прошло. Вот это точно было [ЭА-2006; зап. Д.Н. Шайкенова от В.Я. Ковалевой, 1936 г. рожд., дер. Трошигино Андомского погоста.] 
Противоречия, с которыми неизбежно сталкиваются две семьи, молодая и старая, в условиях совместного проживания, питают представления о наведении порчи  на молодых их же родственниками, соседями или просто завистниками-односельчанами. Чаще всего рассказывают о том, что порча “наводится” свекровью на невестку. Это неслучайно: в традиционном предсвадебном и свадебном обрядах мать жениха выполняла ведущую роль в таких сакральных мероприятиях, как смотрины, сватовство, встреча молодых после венчания, провожание новобрачных на свадебное ложе . В глазах невестки эта женщина наделялась и до сих пор наделяется магическим ореолом, она может “спортить” еще в период ухаживания, как в случае Валентины Тарасовны Киприной, на которую, по ее уверениям, свекровь навела порчу с помощью мыла для обмывания покойников:
Я ведь была спорчена этим мертвым мылом. Я сюда приехала жить и посмотрела, оказалось, у меня в умывальнике мертвое мыло... и вот я умылась, я худею, худею, худею, ничего работать, ничего не могу <...> Нигде места не нахожу <...> Ничего не болит и всё болею. Я, видите, гуляла с холостым парнем. Он моложе меня на четыре года, у меня двое детей, может быть, свекровь, бабушку Катей звали, не нравилось, что он ходит до двух детей, а он от меня ни в какую не отходит..<…>Больше некому спортить, чтоб я, наверно, засохла…[ЭА-2006; зап. Н.А. Кузнецова  от В.Т. Киприной, 1933 г. рожд., дер. Михалево Андомского погоста.]
Однако магическая сила свекрови амбивалентна: иногда свекровь не наводит, а, напротив, снимает порчу. Подтверждением этому  служит история Клавдии Михайловны Устиновой, рассказанная о ее куме:
Мы свалилися спать-то, говорит,  с мужем-то… и ничего не получается… а потом говорит, утром-то встали, а свекровь мне и говорит:
— Нина, а у вас-то со Сашкою ничего не было...
(У ей колдунья была свекрова)... А я говорю:
— Откуда знашь?
— Я под кроватью слушала…Да я сделаю-сделаю, что все будет нормально.
И, говорит, сделала. [ЭА-2005; зап. Д.Н. Шайкенова от К.М. Устиновой, 1928 г. рожд.,  пос. Красноборский Пудожского района.]
Таким образом, свекровь может и наводить, и снимать порчу, а может быть просто “знаткой”:
У меня свекровь ходила в лес. Она ходила всегда одна. Она всегда могла найти      тропинку, ну, отовсюду выйти. Я говорю:
 — Как ты можешь ходить в лес одна не бояться?
Она говорит:
 — Я могу вот стоять по одну сторону куста, по другую будет волк, и он меня никогда не увидит.
Люди есть знающие. [ЭА-2006; зап. С.Ю. Кукол от Л.И. Харитоновой, 1929 г. рожд., Новая Деревня Андомского погоста.]
Часто мотивацией для порчи служит зависть:
Мама моя рассказывала, што ехала, ехала с приданым — бабка или тётка    завистливая как будто птичку какую-то выпустила, и у ней с тех пор руки, ноги [начали] болеть, вот так. [ЭА-2006; зап. А.А. Голованова от Е.Е. Зиминой, 1929 г. рожд., дер. Князево Андомского погоста.]
Как пишет В.П. Кузнецова, чаще всего порча наводится на предмет или набор предметов, на которые знающий нашептывает заговор с именем жертвы, затем предмет подбрасывается в места, где с ним должно произойти соприкосновение . Среди наиболее частых предметов порчи (“портежей”) называют иголки, воткнутые в порог дома новобрачных. Также, по мнению старожилов, существует немалая опасность получить приданое или свадебный подарок, в котором находится наговоренный предмет. Например, это может быть дохлая лягушка в матрасе, который являлся приданым, или наговоренный галстук, спрятанный в чайник, подаренный на свадьбе [ЭА-2006; зап. А.А. Голованова от Н.Н. Угловой, 1949 г. рожд., дер. Гонево Андомского погоста]. Иногда процесс наведения порчи семантически сходен с плохой приметой; выше приводился пример, когда порчу навели посредством выпускания птички; напомним в связи с этим примету о том, что если в дом залетит птица, то это сулит несчастье.
После соприкосновения с предметом порчи, имеющим название “портеж”, начинается его действие . Это может быть усыхание, странная, неизлечимая болезнь:
Худею, худею, худею, ничего работать, ничего не могу, туда надо идти, сюда надо идти, туда идти, нигде места не нахожу, дома не могу сидеть…места  вот... ничего не болит и все болею. [ЭА-2006; зап. Н.А. Кузнецова от В.Т. Киприной, 1933 г. рожд., дер. Михалево Андомского погоста.]
Именно в свадебной порче видели причину  неудавшейся брачной ночи:
Ночь не получалась. Паренек не может ничё  сделалать с девушкой. Она в перву ночь часто оставалась девственницей. [ЭА-2006; зап.А.А. Голованова от В.Т. Киприной, 1933 г. рожд., дер. Михалево Андомского погоста.]
Иногда семейная жизнь не ладилась я из-за того, что муж казался жене медведем:
Вот кажется, что чуть вот, как не медведь лежит со мной. [ЭА-2005; зап. К.А. Хомякова от А.Т. Плыловой, 1933 г. рожд., дер. Каршево.]
Мама мне еще тоже, вот, мне тоже рассказывала: тоже замуж вышла за отца, тоже также ей сотворили, тоже —  говорит — тоже. ”Отец медведем мне казался”, вот. Как заходит домой — самый настоящий медведь. Я не могла глядеть на него... Он ко мне всей душой, а я, грит, не могу на него даже глядеть... [ЭА-2006; зап. А.Л. Топорков, Д.Н. Шайкенова от А.Я. Ковалевой, 1933 г.рожд., дер. Трошигино Андомского погоста.]
Механизм отведения порчи предполагает либо избавление от нее, либо противодействие ей . Например, В.Т. Киприной, которая была испорчена c помощью “мертвого” мыла (то есть мыла, которое использовали при обмывании покойника), восьмидесятилетняя бабушка сказала вымыть и выкинуть умывальник, в котором находилось мыло:
«Ну, теперь с Богом иди домой и потом посмотри в умывальник и намой хорошенько умывальник». Я посмотрела в умывальник, у меня полно мыльной пены. «Умывальник сними и выкинь совсем». [ЭА-2006; зап. Н.А. Кузнецова от В.Т. Киприной, 1933 г. рожд., дер. Михалево Андомского погоста.]
Маму Алевтины Яковлевны, которой муж казался медведем, соседка напоила чаем, на который пошептала:
…раз попила, — говорит, — поглядела, — грит, — раз... чё-то вроде как белее стал. Второй раз опять. Яковом звали отца. Он говорит: “Надя, чё ты на меня смотришь так?”
Надей звали маму. Она грит: ”Не верится даже: белый, совершенно белый стал”.
Был как медведь, сидел, — грит, — чёрный-пречёрный такой. Я говорю: “ Яша, ты, — говорю, — чё-то как это…какой-то был какой-то тёмный , — говорит. —- А щас, дак стал как... белый стал”. [ЭА-2006; зап. А.Л. Топорков, Д.Н. Шайкенова от А.Я. Ковалевой, 1933 г.рожд., д. Трошигино Андомского погоста.]
Обычно порчу ходили отворачивать к колдунам или колдовкам, такие визиты старались держать в тайне:
Пойдут, никому…чтоб не знали, как что чего. Колдунам чё-нибудь несли: кто яичек, кто мяска, кто рыбы. [ЭА-2006; зап. А.А. Голованова от В.Т. Киприной, 1933 г. рожд., дер. Михалево Андомского погоста.]
Зачастую посредниками между испорченным человеком и колдуном выступали свидетели на свадьбе:
Побегут потом, видно, узнают…жених, в первую очередь, говорил это свидетелям, что у меня ничего не получилось. Мамам, родителям — нет... [ЭА-2006; зап. А.А. Голованова от В.Т. Киприной, 1933 г. рожд., дер. Михалево Андомского погоста.]
Со времен перестройки в Андомском погосте редко празднуют свадьбы, зачастую по финансовым соображениям. Ближайший ЗАГС находится в Вытегре. Наиболее благополучная часть населения Андомского погоста предпочитает играть свадьбы там, либо даже в Вологде или Петербурге. И все же можно отметить преемственность традиционной веры в порчу на свадьбе. Молодые внимают жизненному опыту своих бабушек и дедов, стараются сделать все, чтобы огородить себя от свадебной порчи, тем самым рассчитывая  на благополучную семейную жизнь.